
О силе, которая всегда с тобой
Всё сложное начинается из простого,
Только солнечные лучи постоянны.
Мировое дерево растёт из моего сердца,
Тянет ветви к солнечному жару.
Из книги судеб
Глава 1. Буря
Хаски охрипли от лая и мчались, не разбирая пути. Волшебная птица околдовала собак и увела за собой. Тень птицы быстро разрасталась и скоро закрыла собою всё небо. На вершинах далёких гор закрутились снежные вихри. А потом в долину Духов пришла магическая буря.
Встречный ветер набрасывался на ребят, царапал лица, трепал одежду, находил в ней лазейки и проникал, казалось, под самую кожу.
На новом повороте Ирью вдавило в жёсткую спинку саней — с такой силой собаки рвались вперёд. Сидевшие рядом подруга и двоюродные сестра Стейна и брат Артур посиневшими пальцами держались за поручни. Артур уже не кричал, а молча смотрел перед собой. В его синих глазах застыли льдинками слёзы. Шапка-ушанка слетела, вязаный шарфик беспомощно трепался на ветру.
Рикки, родной брат Ирьи, восседал впереди, на облучке. Он вцепился в сиденье, чтобы не вывалиться. Сани кидало из стороны в сторону на неровной дороге, из-под полозьев вылетали веера снежной пыли.
— Прыгайте! Спасайтесь! — крикнул вдруг Рикки.
Но Ирья сама увидела, что собаки свернули на утёс. Там их всех ждала верная гибель — отвесная скала заканчивалась обрывом метров в сто! Никто не шелохнулся, да и сам Рикки не сумел бы прыгнуть на такой скорости.
У края пропасти хаски стали как вкопанные — сани зацепились за камни, занесённые снегом. Ребят резко подкинуло вверх и раскидало в стороны.
Заколдовавшая хаски птица сделала прощальный круг в небе, что-то зло крикнула и растворилась в вечерней мгле.
Ирья влетела в сугроб и лежала в нём как в густой вате, вслушиваясь во внезапно наступившую тишину. А метель кружила над ней, укутывая в пушистое одеяло и сыпала, сыпала снегом, покрывая следы чужого преступления.
Рикки первым пришёл в себя, выполз из-под обломков саней, стряхнул налипший на лицо снег и в панике огляделся. Увидев сидевшую неподалёку подружку Миа, он с облегчением перевёл дух. Девочка, казалось, была погружена в себя и смотрела куда-то в небо. Рикки решил, что она в шоке. Подошёл, позвал её негромко:
— Ты как?
— Нормально!
Миа встряхнулась.
— Так… И кто у нас здесь? — как заправский спасатель она ухватила чей-то торчащий из сугроба синий войлочный ботинок и потянула на себя. Ботинок остался у неё в руках, а из снега показался полосатый носок с дыркой на большом пальце.
Рикки поспешил к ней на помощь — вдвоём они вытянули из сугроба Артура.
— Моя гитара! Смотри… — выкрикнул тот, с досадой толкнул Рикки. — Смотри, что твои собаки сделали с ней? — и заплакал, сжимая в руках обломок грифа. Рикки осторожно смахнул с брата снежинки, пробормотал:
— Ну, ну… успокойся, Артур! Всё хорошо. Мы живы.
Из наметённой ветром снежной кучи послышалось пыхтение. Наружу, одна за другой, выбрались Ирья и Стейна. Отплёвываясь от снега, Стейна опустилась на заснеженный камень, шепча как заведённая: «Шикарно! Ну и скорость! Шикарно! Ну и гонка!»
Ирья замерла испуганной птичкой рядом с сестрой, озираясь по сторонам, и пролепетала недоверчиво:
— Мы, кажется, остались живы?
Черноволосая, с тёмными глазами, девочка была хорошенькой, а если бы улыбнулась, то стала ещё милее, только она не знала об этом и потому стеснялась своей внешности, считая себя ужасно некрасивой.
Рикки подошел к ней, заботливо обнял за плечи, закрывая от ветра.
— А по-другому и быть не могло, у нас же вся жизнь впереди и бездна приключений. Всё будет хорошо, сестрейка!
Затем он посмотрел на ребят и громко крикнул, пытаясь перекричать завывание ветра:
— Подъём! Делайте как мы! — он энергично сделал приседание, потянув за собой Ирью сначала вниз, а потом вверх, и они вместе взмахнули руками.
Но никто не реагировал — все расселись на снегу и сжались в комочки.
— Самое главное — не сидеть… — продолжал уговаривать ребят Рикки. — Эй! слышите меня? Это чтобы не замёрзнуть, сами должны понимать! И вообще, скоро стемнеет, давайте собирать вещи, пока их не замело! Что молчите?
— А ты не строй из себя самого умного, тогда и молчать не будем! Если бы ты не потерял шест для управления своими дикими собаками, мы бы тут не оказались! — сказала Стейна, но поднялась с камня, сделав вид, что ей просто надоело сидеть.
Стейна была старшей в компании. Она всегда знала ответы на все вопросы, а если не знала, то отговаривалась тем, что ребята её достали и не хочется тратить время на таких бездарей, как они.
— Стейна, не обижай Рикки! — одернула её Миа. — Рикки молодец! Шеста на санях не было, но он успел вырвать из ограды длинную хворостину… Ты бы так не смогла!
— А?! Так он нас чуть не угробил!.. — взвилась Стейна, по-своему истолковав доводы подружки. — Предложил прокатиться, а сам даже сани не подготовил!
— Никто тебе не предлагал кататься, не придумывай! — возмутился Рикки. — Я вас с Артуром позвал, чтобы вы увидели, какую упряжку купил отец для собак. Вы сами уселись на сани, начали дразнить животинок… Забыла, что ли? Нам повезло, что никто не свалился с утёса. Скоро стемнеет. Надо успеть до ночи сделать укрытие от ветра, иначе несдобровать.
— А ты не пугай, я всё равно старшая! Мне уже пятнадцать! — нахмурилась Стейна, начиная осознавать, в какую историю они влипли. Не желая терять бразды правления их маленькой общиной, она скомандовала: — Ладно, подъём! Делаем зарядку, надо согреться! Побегаем, попрыгаем!
И сама пару раз тяжело скакнула. Её светлые от природы волосы, покрашенные прядками в чёрный и лиловый цвет, выбились из-под повязки. Стейна выглядела сейчас как дочь разбойника — воинственная и бесстрашная.
— Может, ты и старше меня на год, но именно я научился у отца разбираться в секретах жизни на природе. Сейчас нельзя терять ни минуты, пока мы не устроимся на ночлег! — сказал Рикки и занялся поиском вещей, решив не обращать ни на кого внимания.
— Да-а-а ла-а-адно вам спорить-то! — примирительным тоном проговорила Миа и протянула руку к Рикки.
Он нравился ей, и она позволяла ему ухаживать за собой. Сидевший рядом Артур оказался проворнее: подскочил, будто нечаянно оттолкнул подоспевшего Рикки, галантно поклонился Миа, помогая подняться.
Рикки сделал вид, что ему всё равно, но по его сжатым губам Ирья поняла — брата оставили с носом. Вздохнув, посочувствовала обоим. В присутствии Миа все мальчишки глупели на глазах. Её закадычная подружка обладала загадочной способностью не только привлекать к себе внимание, но и сбивать с толку и как будто зачаровывать всех, чтобы заполучить всё, на чём бы ни остановился её взгляд. Точно бесёнок какой сидел в ней, испытывая судьбу на выдержку и терпение!
Ирье вспомнилось последнее приключение с Миа в книжной лавке.
В прошлую пятницу они помчались туда за подарками к рождеству. Подружка нашла книгу по рыбной ловле и захотела купить её для Рикки. Пока Миа стояла в стороне и, вздыхая, подсчитывала кроны, книгу забрал мальчишка чуть помладше подружек. С ним они раньше не встречались в посёлке. Должно быть, сын одного из туристов, обычно наводнявших их остров в рождественские каникулы.
Плакаться Миа не привыкла, она побежала к кассе и спросила у Северина, сына владельца лавки, нет ли у них ещё такой книги. Северин учился в одном классе с девочками и после школы обычно помогал отцу в магазине. Одноклассник был нескладным, застенчивым, постоянно швыркал и утирал нос рукавом, будто вечно был простужен.
Северин заглянул в компьютер и прогнусавил:
— Одну книгу продали вчера, но я могу сделать заказ, хотя поступит он к нам уже после нового года.
— Спасибо тебе, но будет поздно… — вздохнула Миа и прибавила негромко: — Но ты всё-равно такой обаяшка — мечта всякой девчонки! Заботливый… хозяйственный…
Дальше Миа могла не продолжать. Северин залился краской и поднял на неё озадаченный взгляд. А потом лицо его дрогнуло и в глазах вспыхнули огоньки восхищения.
— Я сейчас! — и умчался куда-то за книжные полки.
«Должно быть, решил договориться с покупателем, может, тому книга была не к спеху и он мог бы подождать», — решила Ирья. Она просто рот открыла от изумления — как могла подружка назвать сопливого Северина обаяшкой?
Не успели девочки парой слов переброситься, как послышался шум, грохот — что-то упало. Кто-то вскрикнул, и через мгновение из проёма между полок вывалились запыхавшиеся ребята.
— Что такое? Отпустите меня! — пищал юный покупатель.
— Отдай книгу! Я тебе новую закажу, получишь после нового года, — потребовал Северин.
— После нового года мы уедем с острова… Мы же туристы!
— Я тебе её пришлю по почте, дашь адрес. А сейчас вот этим девочкам книга нужна!
— Она мне тоже нужна! — пробубнил непокорный, морщась, готовый в любой момент разреветься.
— Оставь его в покое, Северин! — попросила Миа, не спуская с мальчика ласкового взгляда.
Тот посмотрел на неё, и лицо его разгладилось, засияло восторгом.
— Так значит, это вам книга нужна? Ну что же вы сразу не сказали! Конечно, я могу подождать!
— Ребятки, у меня тут пятьдесят крон не хватает… Видно, не судьба купить, — взгрустнула Миа. — Ладно... забирай обратно! — она протянула книгу к мальчику.
— Сейчас мы всё устроим! — Северин толкнул незадачливого покупателя.
Оба пацана полезли в карманы за деньгами.
— Эй, ко мне, сюда! — крикнул Рикки, приложил два пальца ко рту и громко свистнул, подзывая хаски к себе.
Животные собрались вокруг него, ожидая подачки, но вместо этого Рикки окликнул Ирью и попросил:
— Дай мне что-нибудь твоё — ленту из косы или носовой платок, я прицеплю к ошейнику.
— Зачем? — спросила с насмешкой Стейна. — Хочешь, чтобы они искали твою сестру? Так она здесь.
— Нет. Хаски обученные! Они найдут дорогу домой хоть с края света, — пояснил терпеливо Рикки. — А краем света для нас с вами стал один из утёсов Оксхорна. На острове Сенья, где мы живем, эти горные уступы в народе называются «зубами дьявола». Слышали небось про такие? Сюда трудно найти проход. Здесь нас с вами смогут заметить только с вертолёта. Поиск займёт слишком много времени, ведь разыгралась непогода и спасатели не знают, в каком направлении нас искать. А так, хаски покажут дорогу. Отец никогда ещё не позволял Ирье ездить на санях без присмотра. Когда он увидит её ленту в ошейнике у собаки, сразу поймет, что случилась беда.
— Шикарно! — согласилась Стейна и отступила.
С ребятами остался вожак стаи — голубоглазый хаски с густой шерстью, похожий на волка. Рикки наконец нашёл в сугробах вещевой мешок, который отец держал на всякий случай на санях, и оленьи шкуры, покрывавшие жёсткие настилы.
«Холодно!» — призналась вскоре сама себе Стейна. Переборов гордость, спросила Рикки:
— Что дальше будем делать?
Вытряхивая снег из шкуры, тот обернулся к ней с улыбкой:
— Ну наконец-то! Собирайте обломки от саней, сделаем палатку или стену — что получится. Укроемся от ветра. Думаю, самое лучшее место будет там, за камнем. Видишь, где хаски лежит? — он махнул в сторону заснеженной глыбы, за которую зацепились сани.
Стейна кивнула, позвала Артура:
— Давай, дружок, ищи: тут где-то должны быть полозья от саней. И вы помогайте! — крикнула она девочкам. — Не стойте столбами!
Миа и Ирья давно привыкли к её диктаторским замашкам — даже находили их забавными. Подружки с энтузиазмом взялись выполнять поручения Рикки, озвученные Стейной, и перешучивались между собой, поглядывая с жалостью на Артура, вынужденного ползать по сугробам под команды сестры.
Артуру — двенадцать. На вид — настоящий ангелочек: кудрявый, светловолосый, с большими голубыми глазами. Только в отличие от пухлого розовощёкого небесного создания, — худенький и бледный.
Брат с сестрой были просто не разлей вода: Артур слагал восторженные оды Стейне, а она защищала его от насмешек недругов. Из-за неважного здоровья он проводил большую часть времени дома — тренькал на гитаре, сочинял нескладные рифмы и мнил себя будущей звездой эстрады. К несчастью, гитара сломалась, пока они сюда мчались, а может, и раньше. Но закатить настоящую истерику братец не успел — Стейна не позволила.
— Эй! Я нашёл пещеру! Идите сюда! — позвал Рикки.
— Пещера?!
Мешая друг другу и толкаясь, ребята в восхищении столпились возле Рикки. Он расчищал сугроб, не обращая внимания на забивавшийся в рукава снег.
— Осторожно! — взвизгнула Стейна. — Здесь какая-то ерунда качается…
— Какая ерунда?
— Эта! — она ткнула пальцем в пирамиду из мелких камней, стоявшую рядом с пещерой и неизвестно каким чудом сохранявшую равновесие в непогоду. Но, кажется, всё обошлось, и ни один камешек из неё не выпал. — Вы тут стучали, снег ссыпался. Вон… Слепые, что ли?
— Я читал про такие! — с важным видом сказал Артур. — Называются сейд, что-то типа алтаря. Во все времена у них шаманили колдуны и приносили кровавые жертвы.
— Как считаешь, колдуны могут прийти сюда снова? — заволновалась Стейна.
— В такую непогоду точно не заявятся! — утешил Артур.
Не успела она, успокоенная словами брата, вздохнуть облегчённо, как Миа прибавила со смешком:
— Ага, если только ведьмы на метле не прилетят за тобой!
Подружка обожала поддевать Стейну и ставить её на место при каждом удобном случае. Но с той как с гуся вода — ничем не пробьёшь. Подумав об этом, Ирья безрадостно вздохнула: подружка всегда уверена в себе, не то что она — нерешительная и боязливая. В жизни не осмелится сказать кому-нибудь слово против, как Миа.
Небо затянули чёрные тучи, воздух стал бархатно-фиолетовым — близилась ночь. Артур стянул с куртки шарф, замотал в него голову и шею. Нос у него покраснел.
Стейна заволновалась, как бы братишка не простыл, крикнула нетерпеливо:
— Ну, скоро ты там, Рикки?
Но тот не ответил.
— Завоёвывает страны подземелья! — хмыкнула Миа.
— Ничего смешного! Мог бы сначала предупредить! — надулась Стейна.
На смену короткому затишью пришёл снегопад, а они всё ждали, когда появится Рикки. Говорить не хотелось — неожиданное приключение, свалившееся на их головы, повергло всех в шок, и каждый по-своему выбирался из него.
Холодные снежинки слепили Ирью, падали девочке за воротник, таяли и стекали ледяными струйками под куртку. Если бы не энтузиазм и бурная деятельность Рикки по устройству убежища, думала она, все давно замёрзли бы и превратились в снежные сугробы.
Несколько раз отряхнув куртку и волосы от снега, Ирья поняла, что всё равно не согреется. Тогда она запустила ладони в рыхлый снег и с криком:
— Лови! — бросила мягкий комок в Миа.
Не успевший затвердеть снежок зацепился за плечо подруги и рассыпался белой пудрой.
— Ах, ты так?! — вскрикнула со смехом Миа и понеслась за ней, увязая в сугробах, загребая горстями снег и обстреливая Ирью.
— С ума сошли? — крикнула им Стейна и притопнула от бессилия ногой. — Ещё не хватало вам свалиться с уступа! Идите сюда! Немедленно! Кому сказала?
Но девочки уже ничего не слышали, захваченные игрой, они визжали, падали в пушистый снег и шутя мутузили друг друга, позабыв все печали.
Черноглазая, темноволосая, как и Ирья, Миа всегда с лёгкостью перенимала все её увлечения и интересы. С одной стороны, это злило, а с другой — восхищало, и эти противоречия добавляли в первые годы их дружбы дух соперничества.
Правда, со временем желание Миа превзойти всех и во всём привело к тому, что Ирья привыкла быть в тени, оставаясь на заднем плане. А что поделать, если не считала она себя такой же красивой, способной и самостоятельной, как Миа, и часто теряла веру в собственные силы.
— Девочки, ну правда, хватит уже дурачиться и носиться, как безумные! Идите сюда и пожертвуйте лучше Артуру свои вещи! Вы уже согрелись! — потребовала командным тоном Стейна.
— Быстро согрелись, быстро и замёрзнем, мы же вышли ненадолго из дома, как и ты. Я даже варежки не захватила, — крикнула Миа, кутаясь в хомут свитера и пряча в нём лицо от мокрых снежинок. Немного подумала, оценивающе оглядывая Стейну и распорядилась сама:
— Отдай лучше Артуру подкладку от своей куртки. Она у тебя на овчине. Ты у нас самая взрослая и ответственная, покажи пример нам, неразумным! — в глазах Миа не было ни страха перед старшей, ни заискивания.
— Точно, Стейна, отдай Артуру подкладку, у тебя куртка как бы непродуваемая и непромокаемая, не замерзнешь… — выпалила подбежавшая к ним Ирья.
В душе она пришла в восторг от новой дерзкой выходки Миа. Как же ей хотелось хоть разочек побыть такой же отчаянной и смелой! Но, поймав на себе пронзительный взгляд оскорблённой Стейны, Ирья смутилась, часто-часто заморгала, прикусила ноготь указательного пальца и поправила себя:
— Ну, как бы… если ты просто не замерзла сама…
Стейна негодующе фыркнула — возмутилась предложением Миа. Для сестры у неё было оправдание — она жалела бедную сироту.
Эту тайну об Ирье Стейна узнала случайно прошлым летом. Поздним вечером пробиралась на кухню, чтобы выпить молока и съесть печенюшку, и услышала разговор между мамой и её сестрой Линдой. Оказывается, в родильном доме, где работала тётя Линда, умерла женщина. Ребёнка собирались отдать в приют, потому что родных не нашлось. Линда сначала ухаживала за малышкой, а потом решилась забрать её в свою семью, где уже рос сын Рикки. В общем, эта история пополнила череду заметок в дневнике Стейны, обожавшей разные секретики.
Неизвестно, чем бы закончился разлад между ребятами, но тут до них долетел весёлый голос Рикки: «Готово!» Он выбрался наружу и присвистнул:
— Ого, ничего себе, что у вас здесь творится! Настоящая битва тьмы и света! А у меня там сухо, — заметив, как Артур трясётся от холода, Рикки предложил: — Давай, ползи первым. Я тебе шкуру подам, ты в неё закутаешься.
— Там темно! Не пойду! — заупрямился тот.
— Я оставил фонарик включённым.
— Неразумно расходовать батарейки! Вдруг потом в темноте придётся сидеть? — немедленно вставила шпильку Стейна.
— У нас есть свечи, много свечей, не бойся!
— А я и не боюсь! — Стейна возвела на Рикки гордый взгляд.
— Да, я знаю… — кивнул он миролюбиво, пропуская сестру, и сказал ей вдогонку: — Я просто не хотел свечи оставлять зажжёнными без присмотра. Я там уже положил кое-какие наши вещи! — затем он отошел от входа в пещеру, уступая дорогу Миа.
Ребята расстелили на неровном земляном полу две шкуры, самую короткую, третью, Рикки прицепил над входом, чтобы остановить приток холодного воздуха с улицы. Хаски остался снаружи, но Ирья позвала собаку к себе:
— На улице как бы холодно, иди сюда, ты ведь замерзнешь! Тебе надует бок!
— Оставь его! — попросил Рикки. — У хаски толстый мех. Он зимой спит на снегу! Пусть лежит там, тогда проход не занесёт снегом, и ветер не будет шкуру поднимать. Я думаю, что к утру спасатели нас найдут, и в праздники мы будем дома. Всё будет хорошо!
Мягкий голос Рикки постепенно успокоил и вселил надежду. Они повеселели, наблюдая за его размеренными движениями: уж что-что, а сплотить всех брат умел. С ним всегда было о чём поговорить и посмеяться, а иногда помолчать и погрустить. Рядом с Рикки всё кипело жизнью.
Глава 2. Секрет
Свечи громко зашипели, замигали пёстрыми огоньками, разгоняя полумрак подземелья.
— Здесь тихо и ветра не слышно! — поделилась мыслями Миа и провела рукой по растрепавшимся волосам, собирая их в пучок, а затем закрепила резинкой. Волосы подружки как всегда благоухали. В тесной пещере их запах оказался настолько сильным, что у Ирьи закружилась голова. Девочка ощутила страх, ей стало трудно дышать, и она закашлялась.
— Что с тобой? — Рикки наклонился к ней, с тревогой вглядываясь в её побледневшее лицо. На какой-то краткий миг они встретились взглядом. Ирья в который раз подивилась тому, насколько они с братом не похожи.
Карего цвета глаза достались Рикки от папы, а огненные искорки в них — от мамы. А вот у неё глаза были чёрные, «ничейные» — ни у кого в их роду таких никогда не было! Рикки называл их «глаза-цунами». Ей самой иногда было боязно в них заглядывать. Стоило посмотреть в них через зеркало — и действительность вокруг начинала дрожать и меняться. И тогда она осознавала, что настоящий мир — вовсе не такой, каким представляется.
В такие моменты в душу закрадывались сомнения: а вдруг Рикки ей не родной брат? Вдруг настоящие мама и папа покинули её сразу после рождения? Это был самый большой и неподъемный страх — остаться одной и никому не нужной. Особенно невыносимо становилось в те дни, когда к нему примешивались другие страхи: получить плохие отметки в школе, поссориться со Стейной и Артуром, не угнаться за всеми талантами Миа.
— С тобой всё в порядке? — повторил обеспокоенный Рикки и погладил Ирью по плечу.
Наполненный участием голос брата развеял тревогу. Нет, ну с чего ей бояться? Её окружают лучшие на свете друзья: братья, сестра, подруга. С ней ничего никогда не случится, пока они рядом.
Рикки весело подмигнул ей и занялся рюкзаком. Ловкими движениями, точно фокусник в цирке, он вытащил из него один за другим пакеты с кексами, пряниками и сливочными карамельками, еще одну упаковку термосвечей и несколько банок с мясными консервами.
Сказал бодрым голосом:
— Как видите, сухой паёк у нас есть… Голодными и холодными не останемся, найдётся чем перекусить и согреться до появления наших родителей.
— Ты настоящий волшебник, Рикки! — Миа захлопала в ладоши.
— Я старался… — скромно раскланялся он на все стороны.
— Откуда такое богатство? — поинтересовалась Стейна с горящими восторгом глазами.
— Отец всегда держит на санях неприкосновенный запас на случай срочного выезда, если не успеет собраться, — пояснил Рикки. — Наши собаки помогают зимой спасателям отыскивать заблудившихся туристов. Сами знаете, сколько их приезжает, чтобы «поприключаться» и поглазеть на одно из чудес Норвегии — наш остров Сенья.
— Да мы про чудеса и без тебя знаем, — перебил Артур, — и про белоснежные пляжи, и непроходимые болота, и опасные горные тропы…
— И про людоедов троллей, и коварных карликов, и опасных красавиц хюльдр… — подхватила Миа со смехом и предложила: — А сейчас давайте-ка устроим пир на весь мир!
— Шикарно! — одобрила Стейна, подбираясь ближе к заветному кулёчку с карамельками, потянулась к нему. — Налетай!
Рикки со смехом шлёпнул сестру по руке:
— Нет, подожди, Стейна! Мы сначала их разделим…
— Вот так-так! — хохотнула она, не обидевшись и заряжаясь общим волнением.
— Но ты же не одна…
— Ладно-ладно… волшебник! Слово за тобой!
— Чудеса, да и только, с чего вы его нахваливаете? Не он волшебник, а его отец, — раздражённо проговорил Артур, поглядывая ревниво на Рикки и Миа. Лицо его было бледным, осунулось, а глаза лихорадочно блестели. — Без вещевого мешка, из которого Рикки так ловко достал еду, он был бы таким же, как мы. Лучше скажи, герой, как открыть консервы и что пить будем?! Может, бутылки с колой наколдуешь?
— У меня есть отцовский нож, откроем им банки с консервами … — начал объяснять Рикки и показал на футляр с охотничьим ножом, висевший у него на поясе.
— Да ладно тебе ворчать, Артур! Что-нибудь придумаем! — сказала Стейна, самозабвенно вгрызаясь в пряник.
Он промолчал, в душе полагая, что Стейна предала его за пряники и конфеты, перешла на сторону противника. То, что Ирья и Рикки — родственники, было не в счет. Между ними всегда существовало негласное противостояние.
— А что тут долго думать? Соберем снег и на походной конфорке закипятим чай, — Рикки достал небольшой до блеска очищенный медный котелок и упаковку с бумажными стаканчиками. Затем зажёг ещё несколько термосвечей с синими огоньками и передал девочкам — поставить в каменные ниши.
— Стало светло и уютно! Совсем как дома… Ты всё снова замечательно устроил, Рикки! — сказала с гордостью за брата Ирья.
— Подумаешь, зажёг свечи. Тоже мне великое достижение! — вознегодовал уже в открытую Артур. — Вот если бы он как феникс вспыхнул огнём, чтобы отогреть нас, я бы ещё принял его жертву… а свечу зажечь — немного умений надо!
— А ты, похоже, за феникса у нас? Только бережёшь свой огонь?! — парировал Рикки, краснея и не сводя глаз с Артура. Какая муха укусила брата сегодня, что он цепляется к каждому его слову? Перехватив мимолётный влюблённый взгляд братишки на Миа, он успокоился. Что ж, Миа это Миа, за её внимание он сам готов сразиться с Артуром в словесном поединке.
— Хватит уже цепляться ко мне, расслабься и ешь пряники, а то ветром унесёт. Где нам тебя искать потом? — сказал Рикки, едва сдерживая улыбку.
— А ты, похоже, зазнался, великий волшебник! — не отставал Артур.
— Да нет, я не волшебник, а самый обыкновенный адский колдун. Там на улице ты видел мой колдовской сейд. Я выкрал вас всех из человеческого мира, чтобы в плену откормить пряниками и каждого по очереди зажарить над свечой и съесть! — фыркнул Рикки.
— Смотри не сломай себе зубы… я костлявый!
— Так и быть, пойдешь на поджарку с подливкой, но уже для гостей. Спасибо, что предупредил! — отшутился Рикки.
Он повернулся к Миа и Ирье, сделал страшные глаза.
— Я адский колдун, кого съесть первым? — и издал рычащий звук, замахал руками, словно собирался схватить кого-нибудь из них.
Девочки завизжали, со смехом повалились на шкуру и долго хохотали. В эти счастливые мгновения они забыли, что оторваны от всего мира, затерялись среди заснеженных вершин.
Артур, ни к кому не обращаясь и желая увести разговор в другую сторону от всеобщего внимания к Рикки, спросил:
— Интересно, который час?
— Понятия не имею, я с собой мобильник не успела захватить, — ответила Стейна.
— Никто из нас ничего не успел захватить… — подвела итог Миа.
— Ну… как бы на улице стемнело, самое время, когда в нашем поселке зажигают свечи в домах. Все собираются у жарко натопленного камина и смотрят телевизор, — вздохнула Ирья, мысленно уносясь в уютную гостиную, украшенную вдоль окон гирляндами, с мохнатой зеленой ёлкой, сверкающей игрушками и блёстками.
— Да, а ещё пьют горячий шоколад и лопают марципановые торты. Как никак начались рождественские каникулы и под ёлкой лежат подарки, — энергично подхватила Стейна и тоже вздохнула, — а я так и не разведала, что мне купили родители.
— Еще успеешь узнать! — подбодрила Миа. — Кстати, хоть камина у нас и нет, зато есть свечи. Их магический синий свет вполне подойдет, чтобы скрасить время. Давайте рассказывать истории.
— Кто у нас самый смелый? — с ходу поддержал её предложение Рикки. — Ну что сидите, молчите? Тяните руки.
— Прямо как в школе… — съязвил Артур. — Но там хоть оценку можно получить, а что здесь?
— А что ты хочешь? — Миа удивленно вскинула брови.
Артур не успел ответить, Стейна величественно улыбнулась и сказала за него:
— Поцелуй прекрасной дамы, пожалуйста, и заверните в платочек.
Артур покраснел и показал ей кулак: