Космические близнецы, или Как изменить мир
- Возрастное ограничение: 6+
- Дата выхода: 22 июля. 2018
- Цена книги в epub: 220 ₽
- Объем бумажной книги: 166 стр. 715 ₽
- ISBN: 978-5-4493-1950-0
Человек рожден для великой радости, для беспрестанного творчества, в котором он бог, для широкой, свободной, ничем не стесненной любви ко всему: к дереву, к небу, к человеку.
А. Куприн
Наитием Святого Духа Ты озаряешь мысль художников, поэтов, гениев науки. Силой Сверхсознания они пророчески постигают законы Твои, раскрывая нам бездну творческой премудрости Твоей. Их дела невольно говорят о Тебе. О, как Ты велик в Своих созданиях! О, как Ты велик в человеке!
Митрополит Трифон (Туркестанов) Акафист благодарственный «Слава Богу за всё»
Однажды в грозу
Ожидание
Ещё накануне синоптики порадовали прогнозом, пообещав грозу, и Маша весь день подбегала к окну, надеясь увидеть тяжёлые серые тучи. Кто бы сказал ей ранее, что однажды она будет мечтать о грозе, с нетерпением ждать её и ликовать, услышав гром? Это было немыслимо: гроза пугала девочку с пелёнок.
Проходили часы, сменяли друг друга облака разных причудливых форм, но небо оставалось голубым и беззаботным.
Утром его расчертили длинные белые полосы нитевидных облаков и следы, оставленные самолётами. Возможно, пилоты намеревались сыграть с небом в гигантские крестики-нолики, но, передумав, бросили поле боя на милость ветра. И ветер вынес свой приговор: очистил небесный холст для других рисунков.
Самыми красивыми Маше показались «лебединые перья» — лёгкие, созданные из мелких кристалликов льда перистые облака. «Вот бы на них полетать, — подумала Маша, — посмотреть с высоты на город, на озеро в парке».
К полудню, когда ветер усилился, всё небо словно поросло белыми одуванчиками — высококучевыми облаками. Они стали для Маши обнадёживающим знаком: эти облака свидетельствуют о приближении грозы.
Последние минуты перед закатом девочка уже не отходила от окна. Переминаясь с ноги на ногу, она пристально смотрела на горизонт, вернее на ту часть неба, что нависала над крышами соседних домов.
«Ну и где гроза? Где хоть одна тучка?! Ждёшь тут, ждёшь, и всё без толку», — Маша надула губы, и из них вылетело недовольное коротенькое «пуф».
Меж тем пейзаж за окном начал меняться. Подуставшее за день солнце неумолимо клонило в сон, но, как настоящий художник, оно старалось успеть сделать ещё несколько важных мазков своей волшебной кистью.: белые облака покрылись ярким румянцем, крыши домов порыжели, а золочёные кресты и купола собора зарделись, заиграли, будто охваченные пламенем.
Окна, смотрящие во все глаза на запад, на алеющий закат, пока не торопились осветиться электрическими огнями, тогда как другие, щурясь в темноту наступающих сумерек, уже поспешили загореться люстрами, торшерами и настольными лампами.
Маша в душе была художником и любила рисовать, поэтому преображение вечереющего города не могло оставить её равнодушной. На несколько минут она даже забыла причину своего нетерпеливого ожидания и превратилась в неподвижную очарованную статую.
Внезапно небо заволокло серой мглой, и яркие краски потускнели.
Маша потянула за ручку, открыла створку окна и высунулась наружу: с севера на город неумолимо надвигались свинцово-фиолетовые тучи. Маша глубоко вдохнула посвежевший прохладный воздух и вновь застыла, но уже по другой причине: приближалась долгожданная гроза.
Ветерок, поначалу ласково обнимавший неторопливо бредущих с работы горожан, постепенно набирал силу и вскоре возомнил себя почти что ураганом. Он принялся сбивать прохожих с ног, кидать в глаза придорожную пыль, вырывать из рук зонтики и срывать кисти белоснежной черёмухи, разнося по округе её сладкий цветочный запах.
Под напором ветра створку Машиного окна рвануло, и она больно ударила девочку в плечо. Это вывело Машу из восторженного оцепенения, но закрывать окно она не торопилась. Даже когда ветер бросил ей в лицо первые капли дождя, она не двинулась с места. Ей хотелось кричать от радости, и она громко воскликнула: «Ура! Начинается! Люблю грозу в начале мая…»
Сверкнула молния, и небо ответило ей первым раскатом грома.
Ночные феи
— Гроза начинается. Хорошо, что Маша оставляет для нас приоткрытой форточку. В такую непогоду хочется посидеть в тепле и подсушить крылышки, — в небольшой комнате, где из мебели были только мольберт, пара табуреток, стол и высокий стеллаж, нежным колокольчиком прозвенел голосок: он принадлежал серебристой фее по имени Соня.
Среди ночных фей Соня считалась самой умной и рассудительной, хотя была младшей из сестёр. За это её все уважали и к её мнению прислушивались. Синеглазая, со стрекозиными крыльями, она была быстрой и проворной. С наступлением сумерек её худенькая фигурка в пышном шифоновом платье, словно лёгкий ветерок, проносилась над парком и направлялась в город, чтобы подарить детям волшебные сны.
Постоянной спутницей феи сна была фея дрёмы. Дрёмой её и звали. Она отличалась от сестры, как день от ночи: мягкая, пухленькая, с крупными веснушками и золотистыми глазами. Длинной рыжей косой и большими белоснежными крыльями она напоминала бабочку дремотку, как в народе называют златогузку. Работа Дрёмы была не менее важной, она помогала детям уснуть: гладила по головкам, убаюкивала и пела колыбельные песни.
В этот предвечерний час феи, решив переждать надвигающуюся грозу, спрятались на мансарде дома, где располагалась художественная мастерская Машиной бабушки.
С большим трудом включив настольную лампу, Соня прислонила к ней изящный серебристый зонтик и повернула к свету свои крылышки.
— Сестра, лети сюда греться! Ах, как хорошо! Как тепло!
— Спасибо, Сонечка, я не замёрзла. Посижу пока здесь, у окна, — глядя в темнеющее небо, таким же звонким голоском отозвалась Дрёма. — Как полагаешь, сестра, что сейчас делает Маша?
— Думаю, стоит у окна и ждёт. Сегодня Калиса непременно прилетит к ней. Они не виделись целую зиму, — Соня поёжилась, подумав о морозе. — Соскучились, наверное, друг по другу.
Бесплатный фрагмент текста закончился
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
Отзывы
{{text}}
{{text}}