Багровая связь
- Возрастное ограничение: 18+
- Дата выхода: 30 нояб.. 2020
- Объем бумажной книги: 282 стр. 431 ₽
- Цена книги в epub: 120 ₽
- ISBN: 978-5-0051-8621-8
БАГРОВАЯ СВЯЗЬ
Читатель! Я написала роман о девушке, которая сошла с ума, пока писала роман о девушке, которая написала о том, как постепенно сходила с ума. Об остальном судить только тебе.
Эпизод 1
[Сейчас]
В нашем институте есть один преподаватель. Знаю-знаю, о чем вы сейчас подумали. Начало весьма прозаичное, верно? Вы успели подумать, что сейчас я поведаю вам о каком-нибудь мачо, привлекательном, неординарном или хотя бы умном мужчине, по которому студентки сходят с ума, а он этим бессовестно пользуется. Но поспешу разочаровать, речь пойдет о древнем, даже доисторическом дедуле, который был лично знаком не только с динозаврами, но и с трилобитами.
Иван Владимирович Лавренев выглядел, как мне казалось, лет на 120, но на пенсию не собирался. Все сейчас узнают этот тип преподавателя, потому что такие есть везде: вредный неадекватный дед, не доверяющий студентам и никак не уходящий на заслуженный отдых. На первом же курсе я дала ему кличку «дед», с тех пор все его так и называли. На каждой паре дед периодически впадал в маразм, амнезию, синдром несмешных анекдотов, паранойю, раздвоение личности и бог его знает, что еще. Доказать что-то деду было невозможно, даже если он был не прав и вся группа на него наседала. Дед жил вне времени, поэтому продолжительность пар его не интересовала, вследствие чего перерывов у нас не было. Занятия деда проходили как «стендап» очень плохого комика, но он сам составлял себе аудиторию, которая всегда смеялась. Некоторые его бредовые фразы, озвученные на пике потери рассудка, перешли в разряд студенческих афоризмов.
В принципе Лавренев был не так уж плох хотя бы по одной причине. На его парах всю мою группу коллективно бомбило, а я получала удовольствие и бесплатную энергию для зарядки телефона от ядерных взрывов вокруг себя. Когда они злились, мне становилось весело. Подозреваю, что я просто энергетический вампир. Помимо того дед был почти глухой и слепой, и на каждой перекличке забавно коверкал фамилии, что добавляло колорита. Занятия у деда были для меня шоу, но на экзаменах начиналась русская рулетка. Хотя, конечно, мне было не так трудно, как всем остальным. Кажется, я единственная не испытывала ненависти к деду и воспринимала его легко. Либо же это он относился ко мне иначе. Иногда мне даже казалось, что он мне симпатизирует и выделяет среди остальных, но кто знает наверняка, что творилось в этих старых мозгах?
На протяжении четырех лет обучения нас кормили обещаниями о скором сокращении деда. Появилась даже Легенда о Деде-уходящем-на-пенсию, ставшая частью студенческого фольклора. Слухи об отставке деда ходили каждый семестр, но никогда не оправдывались. Лавренев собирался пережить всех. Вот и сейчас, накануне предстоящего семестра, кто-то где-то кому-то шепнул, будто предмет деда будет вести новый преподаватель. Услышав это, все только посмеивались и заявляли, что они родились не вчера, чтобы в это поверить. Но информация легко поддавалась проверке. Это было делом времени.
В третий день по расписанию у моей группы стояла пара деда. Когда мы пришли к аудитории, она была открыта и пуста. Дед всегда так делал и чуть-чуть опаздывал, зависая с коллегами на кафедре. Он ведь жил вне времени и мог себе позволить опоздания. Точнее сказать, он даже не догадывался о них. Мы вошли и расположились, посмеиваясь над тем, будто якобы сейчас сюда войдет новый преподаватель. Ослу было ясно, что дед никуда не делся. Я по привычке уткнулась в телефон, пока меня не окликнул знакомый тонкий голос.
— Хэй!
Я вскинула голову и увидела на входе Натаху. Она широко улыбалась и показывала мне «козу».
— Привет. Откуда ты тут?
— У меня пару отменили.
— Прыгай ко мне! — обрадовалась я. — Поболтаем!
Двух учебных дней с новыми одногруппниками мне с лихвой хватило, чтобы они застряли у меня в горле, словно кость. Появление человека из старой компании было как бальзам на душу. Наташа села ко мне на последнюю парту крайнего ряда. Здесь я чувствовала себя комфортно, потому что видела спины всех присутствующих, а мою не видел никто.
— Говорят, дед на пенсию уходит, — шепнула подруга.
— Он спляшет на нашей с тобой могиле, уверяю тебя.
— Весь универ чуть ли не мемы делает из этой темы. Ясное дело, никто не верит.
— Черт, а я-то думала, мы с тобой уже не посидим на одной паре, как в старые добрые времена…
— Да, Лиз, я тоже так думала.
— И дед опаздывает, как и все четыре года. Держит марку.
— Ну да, зато потом на перерыве сидим. Ну и как твоя новая группа?
— О-о, да ты просто взгляни на них. Все ведь и так видно. Самый сок современного поколения. Можешь мне посочувствовать.
— Все так безнадежно?
— Ты спрашиваешь меня, безнадежно ли все, но ты не знаешь, что я пережила за эти первые два дня обучения. Чего стоит костяк из Стрелецкого, Гранина, Куприяновой и Ануфриевой. Остальные не лучше. Вон та — лицемерка, каких я прежде не видела. Чем бы ты ни увлекался, она будет уверять, что разделяет твой интерес, хотя ничего в этом не смыслит. И так она подбивает клинья к каждому, выгодно ей это или нет. Я долго за нею наблюдала еще на бакалавриате и могу поклясться, что, скорее всего, у нее какая-то мания. Некоторые считают ее душкой, потому что она очень умело льстит и многое переводит в шутку. Мне хватило взгляда, чтобы понять, кто она такая. Вон та — типичная вебкам-модель. Эта страдает селфи-зависимостью и отправляет в Twitter каждую свою мысль. Как ты понимаешь, мысли у нее не слишком умные. Вон тот красавец — педик, чуть левее — сильно косит под педика, этот вообще лежал в психушке, этот считает YouTube прошлым веком, а этот — просто сыч. Все они одеваются так, как модно, смотрят и слушают то, что модно, не любят книги и видеоигры. Рабы трендов, Натах. Over-пафос и «еее, грусть» — это про них. Перед тобой недовольные своей жизнью инфантильные аборигены всевозможных социальных сетей. Женская половина слушает таких великих исполнителей как Иван Дорн, Егор Крид, Тимати, L`One. Мужская половина предпочитает Каспийский груз, Мот, Ярмак, Фараон…
— Все крайне безнадежно.
— Нет, не торопись судить их строго, — сдерживая смех, сказала я. — Ты еще не видела вишенки на торте. Знаешь, что?
— Что?
— Сериальное задротство.
— Звучит как диагноз.
— Так и есть. Они постоянно, клянусь, постоянно обсуждают свои зашкварные сериалы о трудной жизни подростков — таких же представителей потерянного поколения, как и они.
— Всемогущий господь, — Натаха закрыла лицо руками. — Как эти люди вообще поступили в магистратуру?
— Ну а Машу помнишь? Как человек, не знающий, что такое дрожжи, не знающий, как пишется слово «скорлупа», отучился четыре года, защитил диплом и сдал госы? Я, допустим, не понимаю.
— Маша это да-а… Природный уникум. Я смотрю, по мужской части ловить тут нечего.
— Да о чем ты, Натах. Тут даже в чисто эстетическом плане не на что взглянуть. Хилый да мелкий пошел мужичок, изнеженный и инфантильный, — резюмировала я.
Мы единодушно вздохнули. Мгновение спустя, словно вызов моим последним словам, в дверном проеме появился человек.
— Ог-го, — тихо выдавила Наташа.
Аудитория смолкла, в шоке осматривая незнакомца.
— Я бы сказала «Иисусе», если бы верила в бога, — даже ошеломленная до глубины души я не могла отказаться от сарказма.
Таких больших людей я прежде не встречала. Хотя, нет, видела, конечно, но они были просто толстыми, а этот… Здоровенный. Иного слова не подобрать. Если бы я писала книгу и захотела добавить в нее такого персонажа, я бы так и написала: «В помещение вошел устрашающе огромный мужчина». И ничего лишнего.
— Добрый день, студенты. Мое имя — Шувалов Роман Григорьевич. С этого дня я буду вести у вас занятия вместо ушедшего на пенсию Ивана Владимировича.
Немая сцена. Ветер подергивает жалюзи с противным постукиванием. Гробовая тишина. Кто-то прочистил горло. Кажется, это была я.
Мужчина тем временем медленно прошел к своему столу. Было четыре вещи в нем, которые сразу же бросались в глаза: рост, плечи, волосы и взгляд. Ты смотрел на этого великана и думал: господи, я что, в Йотунхейме? Что за снежный человек? Да, роста в нем было никак не менее ста девяноста сантиметров, скорее даже сто девяносто с хвостиком. Когда же, вдоволь надивившись росту, ты пытался нащупать у громилы голову, твой взгляд натыкался на белые волосы. Блондин, о да, и никакой перекиси. Никаких примесей рыжего, русого, пепельного, желтого, которые получаются, когда имеешь дело с окрашиванием. Такими светлыми могут быть только природные блондины. Фокусируя взгляд на голове, ты замечал и глаза. Они были под стать волосам — ярко-голубые, я даже со своего места видела их цвет. Необыкновенной ширины плечи раздавались в стороны, словно крылья.
Многие люди с излишне высоким ростом чувствуют себя неуютно, они неуклюжи, нескладны, а ходят так, будто стесняются своего тела. Но только не этот тип. По походке и движениям было ясно, что он ощущает себя комфортнее, чем окружающие. Рост и габариты ничуть не мешали ему. Он привык с ними жить, как люди привыкают к родинке над глазом. Он не ощущал никаких неудобств, а достоинства, которыми обладал, были слишком привычны, чтобы обращать на них внимание. Вообще мужчина производил впечатление человека, которого нисколько не заботит собственная внешность.
— Внимание, знатоки: вопрос, — шепнула я Наташе. — Где я его видела? Время пошло.
— Мы предполагаем, что это было на вручении сертификатов в начале лета, — приняла игру подруга. — А отвечать будет Александр Друзь.
— Один из фээсбешников! — с трудом удержалась я. — Но тогда он выглядел иначе! Совсем иначе…
— Вовсе нет. Просто тогда он сидел, и мы видели лишь его голову, да и то сбоку.
В полный рост мужчина производил совсем иное впечатление.
— Не могу поверить, что дед свалил на пенсию…
— Пусть поднимется староста, — произнес мужчина, сев за стол и раскрыв журнал.
Гранин поднялся молниеносно. Похоже, шокированы были не только мы.
— Назовитесь.
— Гранин Владимир Сергеевич.
— Вольно, Гранин. Садитесь.
Бесплатный фрагмент текста закончился
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
Отзывы
{{text}}
{{text}}