Андрей Пономарчук

А я еду за туманом…

Приключения
Современная проза
Любовный роман
Юмор
В книге автор освещает эпизод из своей жизни. С иронией, честно и без фальши. О том, как служил на Дальнем Востоке в нелёгкие «перестроечные» времена. О красоте и суровом величии дальневосточной тайги и интересных людях, с кем ему довелось познакомиться. О том, какие приключения выпали на его долю и каких неизведанных тайн он коснулся. В процессе повествования автор затрагивает краеугольные философские вопросы, призывая читателя к размышлению… а, возможно, и переоценке навязанных стереотипов.
  • Возрастное ограничение: 18+
  • Дата выхода: 13 нояб.. 2020
  • Объем бумажной книги: 112 стр. 341 ₽
  • Цена книги в epub: 120 ₽
  • ISBN: 978-5-0051-7756-8

…Да. Непревзойдённым драматургом, режиссёром и сценаристом, несомненно, является жизнь… и своё искусство она нам представляет непрерывно, — надо лишь остановить мгновение и зафиксировать происходящее вокруг тебя…


.

Паламарчуку Сергею Андреевичу — моему близкому другу       посвящается.

А я еду за туманом…

А я еду, а я еду за туманом…

За туманом и за запахом тайги…

(Юрий Кукин)


Дело было в начале девяностых. Я тогда служил в Амурской области в легендарном отдельном батальоне авиационного обеспечения вертолётного полка в славном посёлке городского типа с загадочным названием Магдагачи…

Помню, как по окончании военного училища сходу отверг вариант распределения в тогда ещё Ленинград, чего близкие из Ленинграда и Прибалтики мне не простили по сей день, называя меня ненормальным… хотя порою я с ними полностью согласен, и, пользуясь правом выбора, рванул на Дальний Восток!

Рванул, как мне казалось тогда, к Японскому и Охотскому морям с их удивительными тайнами, в объятия дальневосточной девственной тайги с её сказочными ландшафтами, величественными горными хребтами, к рекам, наполненным красной рыбой — любимым лакомством бурых медведей!

Я ехал, представляя, какие возможности открываются передо мной, начиная с того, что год идёт «за полтора», служба напрямую связана с военной авиацией, и заканчивая тем, какие незабываемые охоты и рыбалки мне предстоят. Мечтал и не заметил, как пролетели 7 суток в поезде с храпящими, пьющими, дерущимися в тамбуре соседями по купе, и мы вместе с молодой женой и годовалой доченькой шагнули на перрон железнодорожной станции города Хабаровск.

Вдохновлённый книжной романтикой о суровых, но искренних, справедливых людях: геологах, старателях, строителях и офицерах, осваивающих дальневосточные просторы, о военных частях, в которых одной крепкой и дружной семьёй служат идейные, отзывчивые люди, защищая просторы нашей бескрайней Родины, я даже не придал значения тому, что в Хабаровске упитанный штабной офицер скорректировал моё распределение. Он буднично указал мне на войсковую часть, находящуюся в Амурской области.

Меня не огорчало, что придётся ехать ещё почти сутки в обратном направлении — на запад, что уезжаю в обратном направлении от моря. В глазах моих уже взбивали чистый таёжный воздух лопасти винтокрылых машин… а в амурской тайге, как минимум, бродили в ожидании меня амурские тигры!

Завораживало само название населённого пункта, перекликающееся с названием древнего Магдебурга — столицы саксонских земель Германии. И поскольку в названии фигурировало, как мне казалось, красивое древне- европейское женское имя МАГДА, что несомненно свидетельствовало о локальной фиксации исторического факта соприкосновения западной и восточной цивилизаций, то история самого названия просто не позволяла быть населённому пункту серым и невзрачным.

Как чисты и наивны были помыслы и суждения мальчика, выросшего в объятиях аккуратных городков Польши и Прибалтики той, ещё советской, эпохи… взрослевшего на идеалах книжных романов и повестей о дружбе и взаимовыручке, о тяжёлых испытаниях и заслуженной радости первооткрывателей…

Это потом я узнал, что Магдагачи — это бывший лагерь системы БАМ Лаг, а в переводе с нанайского означает — «склад гниющей древесины». Переварил и усвоил смысл фразы: «В МАГДАГАЧАХ — ВСЁ ИНАЧЕ», а ещё позже и непреложной истины:  «В МАГДАГАЧИ ЕДУ — ПЛАЧУ, УЕЗЖАЮ — ХОХОЧУ».

Однако, именно разительное несоответствие моего представления о предстоящей службе на Дальнем Востоке с реальностью… с учётом определённого воспитания, позволило мне остро прочувствовать глубину обстоятельств на контрасте событий.

Прозрение

В 90-м перестройка набирала обороты, заменяя под видом демократии долг вседозволенностью, а мораль — рыночными отношениями. Уходили в историю настоящие офицеры — те, которые служили за честь и совесть, те, которые, не стесняясь, били на офицерских вечеринках хитрое толстое лицо «начпрода», чутко уловившего возможности перестройки на фоне перебоев в снабжении.

Бесплатный фрагмент текста закончился
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.

Читать бесплатный фрагмент
Отзывы
Гость
Оцените Книгу